Во время нашей прогулки мы увидим Морозовский особняк на Смоленском бульваре, д. 26/9 (Глазовском пер., д. 9). Здесь Валентин Серов написал знаменитый портрет сына М. К. Морозовой – Мики. Сюда на званные вечера приходил влюблённый в хозяйку дома Андрей Белый.
Маргарита Кирилловна была старше Андрея Белого на семь лет, но, когда в феврале 1901 г. двадцатилетним юношей он впервые увидел её на одном из симфонических концертов, то был ослеплён её красотой. Их дружба продолжалась до смерти поэта.
Она пройдет – озарена:
Огней зарней, неопалимей…
Надежда Львовна Зарина
Ее не имя, а – «во-имя!..»
…
И вот идет, огней зарнимей
Сама собой озарена,
Неся, как трэн, свое «во-имя», –
Надежда Львовна Зарина;
Вуали – лепетные слезы;
Браслеты – трепетный восторг;
Во взорах – горний Сведенборг;
Колье – алмазные морозы:
Блеснет, как северная даль,
В сквозные, веерные речи;
Летит вуалевая шаль
На бледно-палевые плечи…
Андрей Белый. Из поэмы «Первое свидание»
Когда Потемкину в потемках
Я на Пречистенке найду,
То пусть с Булгариным в потомках
Меня поставят наряду.
А. С. Пушкин
В 1835 г. особняк на Пречистенке, д. 17 купил знаменитый поэт, генерал-лейтенант Денис Васильевич Давыдов (1784–1839). Здесь его посещали Е. А. Баратынский, Н. М. Языков, И. И. Дмитриев.
Однако, содержать такой дом было трудно, и уже в следующем году Давыдов пишет директору Комиссии для строения Москвы А. А. Башилову шуточную «Челобитную»:
В дни былые сорванец,
Весельчак и веселитель,
А теперь Москвы строитель,
И сенатор, и делец,
О мой давний покровитель,
Сохрани меня, отец,
От соседства шумной тучи
Полицейской саранчи,
И торчащей каланчи,
И пожарных труб и крючий.
То есть, попросту сказать:
Помоги в казну продать
За сто тысяч дом богатый,
Величавые палаты,
Мой пречистенский дворец.
Тесен он для партизана:
Сотоварищ урагана,
Я люблю, казак-боец,
Дом без окон, без крылец,
Без дверей и стен кирпичных,
Дом разгулов безграничных
И налетов удалых,
Где могу гостей моих
Принимать картечью в ухо,
Пулей в лоб иль пикой в брюхо.
Друг, вот истинный мой дом!
Он везде, – но скучно в нем;
Нет гостей для угощенья.
Подожду… а ты пока
Вникни в просьбу казака
И уважь его моленье.
1836
